[vadian]

Глава пятая
Субботний день профессора

Профессор Швацц выпил виски и посмотрел на Арни, словно на свое отражение в зеркале. «До чего похож, – похвалил себя профессор. – Никто бы кроме меня не смог сделать такого биоробота!»
– Хозяин, – поинтересовался робот, перехватив отеческий взгляд Швацца, – разве для меня сегодня не будет работы? На улице отличная погода, все красивые девушки вышли прогуляться по свежему воздуху. С некоторыми из них я мог бы запросто познакомиться. Я – обаятельный...
– Сегодня суббота, отдыхай, – ответил Швацц.
– А я не устал.
– Зато я устал. С меня хватит твоих вчерашних проделок...
– Тогда я почитаю этот интересный и поучительный роман, – покорно согласился Арни, показывая профессору книжку с толстыми ягодицами на обложке.
– Почитай, почитай. Тебе полезно. В понедельник для тебя будет новое задание.
– Предполагаю, она хороша собой?
– Еще бы! – Швацц прищелкнул языком. – Секс-символ Голливуда. Её зовут Барбара Порни. Обо всех её любовниках тут же появлялись скандальные статьи на первых страницах центральных газет. Такая статейка – это то, что нам нужно! Я думаю, ты сумеешь её обольстить?
– Никаких проблем, – самоуверенно заявил робот. – Во что мне одеться? И где я могу увидеть её незабываемые черты?
– Одеваться пока не обязательно, этим делом ты займешься послезавтра.
– А как я с ней познакомлюсь? Нужен какой-нибудь повод...
– У нас в Нью-Йорке сейчас снимается новый фильм, в котором она играет главную роль. Мы отправимся с тобой на съемочную площадку. Думаю, что там будет такая неразбериха, что ты сможешь познакомиться с Барбарой. Только не вздумай соблазнять её прямо на съемочной площадке! Это приказ!
В ответ робот только пожал плечами.
– А сегодня вечером по шестому каналу будут демонстрироваться «Суровые будни секса» с её участием. Знаешь, как пользоваться телевизором?
– Обижаете, хозяин!
– Вот и прекрасно! А я, пожалуй, пойду в лабораторию, поработаю над своим проектом. Дверь никому не открывай!
Профессор вышел из дома, тщательно запер дверь и подошел к новой машине. «Порше» был великолепен.
– На такой машине только любовниц возить, – подумал Швацц. – Поеду-ка я лучше на своем стареньком «Форде».
Профессор направился в гараж. Внезапно из-за поворота выскочила машина и с визгом затормозила возле Швацца. Из машины выпрыгнула красная от гнева Джейн Фондброкер.
– Подонок! – воскликнула она и влепила профессору звонкую пощечину. – Грязный ублюдок!
– Не понял...
– Вонючая скотина! – Джейн напоследок дала Арнольду промеж ног и, сев за руль, преспокойно укатила.
– Отличные кадры! – хором воскликнули два репортера, фотографируя согнувшегося от боли профессора.
«Что за наказание! – с горечью подумал профессор. – Не успею вылечиться от импотенции, как эти скандальные женщины меня кастрируют!»
Профессор покачал головой, сел в машину и поехал в корпорацию «БРС».
В лаборатории было тихо. Солнечные лучи заглядывали в окна, и в их свете танцевали неугомонные пылинки. Профессор Швацц сел за свой стол и погрузился в работу. Создать робота и с его помощью завоевать уважение окружающих – нет, не этого добивался профессор. В конце концов, он сам хотел испытать любовные волнения, те волшебные чувства, о которых он столько слышал, да что там говорить, хотя бы элементарный оргазм!
Препарат, который должен был излечить профессора, был уже почти готов. Вкусив его, белые крысы занимались сексом, не переставая, а одинокий кролик, для которого не было пары, с вожделением начал поглядывать на гуляющего по лаборатории облезлого сиамского кота. Но на самого профессора препарат не оказывал такого сильного воздействия, хотя после него определенно чувствовалось некоторое возбуждение.
– Кажется, когда я закончу работу над пилюлями, – размышлял профессор, – они будут не только излечивать импотенцию, но и повышать либидо нормальных мужчин. Мои пилюли просто обречены на всенародную популярность. Дело пахнет миллионами и Нобелевской премией! Однако, чего же в препарате не хватает?
Швацц принялся анализировать формулу чудодейственной пилюли на компьютере. Решение витало где-то рядом, но пока не улавливалось. Профессор добавлял то один ингредиент, то другой, пробуя лекарство на своих подопытных животных. Наконец, крысы упали от истощения, а кролик помер.
Профессор Швацц выключил компьютер, спрятал свои записи в сейф и поехал домой. Подаренный «Порше», который профессор не потрудился поставить в гараж, таинственным образом исчез.
– Эй, мальчик, – спросил Швацц у пятилетнего чернокожего малыша, катающегося на велосипеде. – Ты не видел тут такую красивую машину?
– «Порше»? – малыш, похоже, прекрасно разбирался в автомобилях. – А её два белых дяденьки угнали!
– Приятная неожиданность, – поморщившись, прокомментировал профессор Швацц.
Он прошел в гостиную и позвонил в полицию, заявив об угоне машины. Потом, налив полстакана виски, стал подниматься в спальню. Возле двери он остановился, услышав сладострастный стон и уже знакомое:
– О, профессор!
– Этот негодяй уже начал водить женщин! – воскликнул про себя профессор.
Он тихонько приоткрыв дверь, заглянул в спальню и не поверил своим глазам! Арни занимался любовью с его секретаршей Мэри, и, судя по всему, превосходил все её ожидания.
Профессор достал передатчик и, нажав на кнопку, сказал:
– Арни! Как только закончишь, выходи из спальни и прячься в шкаф! Это приказ!
Через четыре минуты из комнаты выскочил обнаженный Арни. Недовольно посмотрев на хозяина, робот залез в шкаф и закрыл за собой дверцу. Выждав некоторое время, профессор вошел в спальню. Повсюду валялись предметы женского туалета, видимо, раздевание было лихорадочно быстрым.
– Ну как, Мэри? – спросил Швацц. – Налить тебе глоток виски?
– О, профессор! – Мэри повернулась к нему лицом, светящимся от счастья. – Это было еще лучше, чем в прошлый раз! Вы – гений!
– Да, Мэри, ты права, – согласился профессор с девушкой. Он действительно считал себя гением.
– Я вам звонила, но никто не снимал трубку, вот я и решила проверить, вдруг чего случилось? Может, думаю, вам тут прибраться надо?
– Спасибо, Мэри, два раза в неделю здесь прибирается домработница.
– А она красивая? – ревниво спросила Мэри.
– Кто?
– Домработница.
Профессор рассмеялся.
– Даже сорок лет назад никто бы не отважился сказать, что она красива...
Мэри тоже засмеялась. Ничуть не стесняясь профессора, она продолжала не торопясь одеваться. Взяв в руки очередной предмет своего туалета, она начинала его вертеть перед глазами, словно видела в первый раз, и только потом одевала его на себя.
«Красивая девушка, – подумал Швацц и вдруг почувствовал необычайное возбуждение. – Господи! Неужели препарат подействовал?»
– Профессор, – весело болтала Мэри, – зачем вам тратить деньги? Лишними они не бывают. Увольте свою домработницу, а я буду прибираться у вас бесплатно! Для меня было бы большим удовольствием... помочь вам...
– Спасибо, Мэри. Я буду знать. Я бы поболтал с тобой, но мне надо еще провести ряд экспериментов, так что...
– Да, да, я понимаю.
Девушка быстро накрасила перед зеркалом губы, застегнула блузку и повернулась к Шваццу.
«Очень хороша!» – оценил профессор свою секретаршу.
– Вы только знайте, – смущенно сказала она, – что я – ваш друг, что бы с вами ни случилось!
Мэри поцеловала профессора в щеку, оставив на ней отпечаток своих губ, и пошла к двери. Там она обернулась и лукаво сказала:
– Но одеваетесь вы, профессор, удивительно быстро. Это нечто фантастическое! Вышли на минутку, а вернулись уже в костюме и при галстуке!
Профессор проводил её до дверей, затем вернулся на второй этаж и заглянул в шкаф.
– Вылезай, обольститель! Это ты открыл ей дверь?
– Конечно, хозяин. Не могла же она мокнуть перед запертой дверью под проливным дождем?
– Сегодня не было дождя!
– А вдруг пошел бы?
– Я, кажется говорил тебе, никому не открывать!
– Да, я помню. Но вы еще говорили, что мне надо набираться сексуального опыта. Про опыт вы говорили раньше. Я набирался, – Арни подмигнул профессору и, достав из кармана халата, в который он был облачен, пилочку для ногтей, начал полировать свои ногти, любуясь их блеском. – Вообще-то, я готов проводить с женщинами сколько угодно времени. Я это люблю.
– Я заметил, – съязвил профессор. – Ты еще онанизмом займись!
– Покорнейше благодарю! Доктор Сэм Зизингер считает, что это сексуальное отклонение, так что я не собираюсь извращаться! – отпарировал робот и вернулся к чтению книги.