[maskman]

Собрание коллектива открыл Модест Львович.
- Грустно товарищи, - он залпом выпил стакан нарзана, - очень грустно.
- Какой негодяй, - Розалия Григорьевна ни как не могла отойти, после звонков.
Первого, когда ей сообщили, что Черепанов находится в дурдоме. И второго, когда позвонили из милиции, с просьбой охарактеризовать их сотрудника, обвиняемого в организации притона на дому, с использованием жены.
- Мы не зря вчера ему все высказали, - взял слово Валера, - лично я чувствовал, что он не тот, за кого себя пытается выдать.
- Жадный, - Вася тоже решил высказаться, - он даже когда и был добрый, то вот у меня лично, был осадок, что он все-таки жадный.
- Жену., - Розалия Григорьевна не могла смирится с этим дерзким поступком, - за что?! Что она ему сделала!
- Да, не приятно, - Модест Львович, был не менее удивлен, зная жену Сергея Петровича в лицо, - я бы сказал ужасно.
- Я считаю такому человеку, нет места в нашем коллективе, - Василий ударил по столу, - перевоспитывать такого человека, будут долго.
- Милиция просила составить характеристику, - Модест Львович, вытащил свернутый лист, - я Вам зачитаю, если будете не согласны, говорите не стесняясь.
Модест Львович, выпил еще стаканчик, и стал читать.
- Характеристика на сотрудника, ООО ќРосМозга›, Черепанова Сергея Петровича.
- На бывшего сотрудника, - исправил Валера.
- Тихо, - Вася успокоил друга, - читайте пожалуйста, а то домой скоро.
- Характеристика на сотрудника, ООО ќРосМозга›, Черепанова Сергея Петровича, - начал заново Модест Львович, - за время работы в должности конструктора первой категории, вышеназванный сотрудник показал себя как безответственный и крайне недисциплинированный человек. В коллективе не уживчив, груб и непримирим с мнением отличным от собственного. Неоднократно к Черепанову применялись меры общественного воздействия, однако результаты они не принесли. Играя на добрых чувствах коллег по работе, он использовал ее как прикрытие для своей внеслужебной деятельности...

- Особенно настораживали его отношения с женщинами. Так сотрудница Розалия Григорьевна, не раз и не два обращалась с просьбой оградить ее от нецензурной брани, выражавшейся в намеках и приставаниях, - милиционер продолжал читать вслух характеристику.
Сергей Петрович, доставленный в лазарет при следственном изоляторе, сидел на против. Он щипал себя за руки, ноги и даже щеки. Все, что творилось вокруг него, в последнее время, были так не реально, что он просто не верил в это.
- Считаем, что общество, должно ограждать себя от таких людей. Бессовестные и безкомпромисные, они наносят моральные травмы всем. Зная лично несчастную супругу гражданина Черепанова, мы разделяем ее возмущение, и требуем.

- Требуем, пять лет строгого режима, - прокурор смотрел на сидящего в клетке человека, - у меня все.
- Подсудимый, - судья обратился к Сергею Петровичу, - Ваше последнее слово.
Сергей Петрович встал. Он обвел глазами суд. Три человека. Мужчина и женщины по бокам, они напоминали весы от Фемиды. В зале сидела Рая, ее родные, и его брат. Сергей Петрович, опустил глаза. Старенький пол. Доски давно не крашенные, с щелями. Одинокая слеза, упала точно в паз. Сергей Петрович вытер рукавом глаза, зажмурился.

- За что? . частенько мы задаем себе вопрос.
Если бы мы знали за что, одно слово . судьба.