Светский царь, испытывающий дефицит счастья

[big boss]

Московские каникулы капитана «Сельты» Александра Мостового подошли к концу. Сегодня полузащитник вылетает в Виго, где начинает подготовку к новому сезону. В до предела забитом графике последних отпускных дней Мостовой нашел-таки время ответить на вопросы читателей и журналистов «Советского спорта».


1-Й TAЙM. ВОПРОСЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

ОГУРЦЫ И ВОДКА — ЭТО НЕ ДЛЯ МЕНЯ

— Здравствуйте, Александр! Беспокоит вас Сергей из Мытищ. Поделитесь, чем в отпуске занимались?

— Всем понемногу. Встречался с друзьями, общался, отдыхал, ходил на футбол, решал какие-то деловые вопросы… Со временем, скажу вам, была просто труба. Москва — огромный мегаполис, эти бесконечные пробки… Порой даже не хотелось из дома выходить: знаешь, что сейчас можешь где-нибудь застрять и потерять весь день.

— Друзей у вас много?

— Достаточно. Но таких, чтоб за мной в огонь и воду, два-три. Настоящих друзей много не бывает, и тот человек, который говорит, что у него все друзья, лукавит. Значит, у него проблем в жизни не было. Часто ведь «друзья» имеют обыкновение пропадать, когда нужна их помощь. И никого не найдешь… Я это для себя давно уяснил и поэтому особенно в дружбе не распылялся — у меня круг общения много лет один и тот же

— Вы светский человек? Любите вести ночной образ жизни?

— Если есть свободное время, стараюсь посещать развлекательные заведения. Но мое мнение: перебарщивать с праздной жизнью тоже не стоит…

— В Испании на дискотеки ходите?

— Иногда да. Причем для меня, скажу честно, все они одинаковые. И все эти разговоры: «Ой, вы знаете, там такое место, там так здорово!» — в качестве оценки не рассматриваю. Исходить надо из того, с кем ты идешь и в каком настроении: если твой попутчик тебе приятен — вам будет хорошо везде, а будет настроение плохое — тут и улыбаться не хочется, и вечер кажется пресным и пустым.

— А русские застолья нравятся? Песни, пляски…

— Нет. Огурцы, водка, гармошка — это не для меня. Во-первых, я не пью, а во-вторых, прекрасно знаю, во что все это выливается: кто-нибудь обязательно напьется и начнет лепить какую-то чушь. Я люблю активно время проводить — разъезды, выезды с друзьями, встречи…

ДЕНЬГИ ШЕЙХОВ

— Александр? Это Евгений из Москвы. Как ваши дела с «Сельтой»? Все утряслось, контракт подписали?

— Пока нет, но все к тому идет. На днях, думаю, все юридические нюансы будут решены. Сейчас я на 90—95 процентов футболист «Сельты».

— Во что упирались ваши противоречия с клубом?

— В отношения между мной и президентом. Сначала была достигнута определенная договоренность, а потом все это куда-то кануло… Было как — сели, поговорили: «У тебя контракт заканчивается, давай новый подпишем?» — « Давай!» — «Что хочешь?» — «То-то и то-то». — «Все будет, вопросов нет». А как время пришло — это нельзя, это не так, это мы не можем… Конечно, было неприятно и хотелось уйти. И если бы мы не попали в Лигу чемпионов, я бы так и сделал. Но «Сельта» с таким трудом заслужила право играть в Лиге (каждый год туда лезли, доказывали, что можем — все никак не получалось), что я просто не мог такую возможность упустить.

— Какие были варианты трудоустройства? Правда, что вас российские клубы приглашали?

— Никакой почвы все эти российские варианты под собой не имели. У меня сразу было конкретное приглашение — из Катара. В финансовом плане очень заманчивое… И я голову себе не забивал. Если бы с «Сельтой» что-то не получилось — сразу бы подписал контракт с шейхами и уехал… При этом прекрасно отдавал себе отчет, что, если в Азию поеду, это все, конец футболисту Мостовому… Год там сыграл — и можно заканчивать. А хочется еще выступать на нормальном уровне: не наигрался и силы в себе чувствую.

РОМАНЦЕВ НЕ МЕНЯЕТСЯ

— Здравствуйте, это Михаил из Люберец. «Советский спорт» совсем недавно поднимал тему золотой молодежки-90, в состав которой вы входили. Часто вспоминаете ту команду?

— Не скажу, что часто, но бывает. Команда та — одна из лучших в моей карьере. По юношам, по молодежи кого только не обыгрывали — и хорватов, и немцев, и шведов! Лучшие были. Там состав был просто чумовой: Добрик, Коба, я, Шаля, Колыван, Канчела, Чера, Киря, потом Юран подключился, Карп в запасе сидел…

— А почему на уровне первой сборной этот коллектив ничего не выиграл?

— Вот и вы туда же: почему не получилось? Один и тот же вопрос, один и тот же ответ: не знаю… Никто до сих пор ничего понять не может. В 20—21 год нам в мире равных не было. Мы настолько были уверены в себе, что знали: если будем в порядке — обыграем любого. А потом… Тема о потерянном поколении поднимается уже десять лет, и повторяться не вижу смысла, скажу только, что каждый делает свои выводы, при этом абсолютно не зная всей подноготной того конфликта, вылившегося в письмо 14 отказников, решивших не ехать на ЧМ-94.

— Но вы-то изменили свое первоначальное мнение и поехали-таки в Америку.

— Так я с самого начала твердил, что не надо всего этого делать, ничего у нас не получится! И письмо подписал больше из солидарности, по дружбе. Даже не вникал в его суть, был уверен, что ничего из этой затеи не выйдет. Так в конечном итоге и получилось — сами себя обдурили. Ребята не поехали в Америку, сборная выступила неудачно…

— Здравствуйте, беспокоит Юрий из Москвы. Скажите, сильно были удивлены назначению Андрея Чернышова на пост главного тренера московского «Спартака»?

— Конечно, удивлен. Кто мог сказать год назад, что Андрей будет в «Спартаке»? Сюрприз для всех. А для меня так вдвойне: я еще вроде как играю, а ребята, с кем вместе начинал, уже главные тренеры!

— А что можете сказать про Романцева? Говорят, он в последнее время сильно изменился?

— Для меня Олег Иванович каким был, таким и остался. На все эти разговоры: он другой, то да се, мне нечего ответить… Мы с ним как разговаривали на одном футбольном языке, так и продолжаем это делать.


УРОКИ БЕН ЛАДЕНА

— Алена из Твери беспокоит. Александр, расскажите немного о Виго, что это за город? Привыкли к нему?

— Конечно, привык — семь лет уже живу. Маленький по нашим меркам городишко, 600 тысяч всего… Если буду уезжать, отрывать его от сердца не придется: во-первых, я на подъем человек легкий, а во-вторых, Виго это все-таки не столица. Мне нравится жить в Москве, в больших городах… Хотя, разумеется, у всех населенных пунктов есть свои плюсы и минусы. Маленький город — это когда ты всех знаешь и тебя все знают. Проблемы решаются за пять минут… А здесь в Москве – бац, пробка, сидишь и думаешь: «Елки-палки, что же делать?» Чем хороши большие города — живешь и ни в чем недостатка не знаешь. Общение, тусовки, каждый день можно что-то найти, изменить. А там тихая, спокойная жизнь. Если отдых — то на море, если распорядок дня — то все расписано по часам, по минутам. Такая жизнь приедается.

— То, что вас в Испании называют «Царь», вам льстит?

— Поначалу, скажу честно, это прозвище меня раздражало. Все-таки царь — не совсем скромно. Но потом плюнул: называйте, как хотите… Причем, что интересно, это ведь русское слово — «царь» и зовут меня там по-русски «Цаар». (Смеется.) Узнали где-то и приклеили…

— Вы уже думали, чем будете заниматься по окончании карьеры?

— Нет. Я вообще в последнее время живу по принципу: не загадывать наперед. Какой смысл строить планы, если может прилететь какой-нибудь Бен Ладен и все замыслы твои полетят к чертям. Надо жить сегодняшним днем и немножко (немножко!) заглядывать в будущее… Пусть все идет так, как идет.

[big boss]

2-Й TAЙM. ВОПРОСЫ ЖУРНАЛИСТОВ

ШЕБУТНОЙ ШАЛИМОВ

— Известно, что в юности вы были друзья – не разлей вода с Игорем Шалимовым, но потом между вами пробежала черная кошка. Сейчас какие у вас отношения с главным тренером «Уралана»?

— Хорошие. Того, что было раньше, конечно, не вернуть – жизнь нас немного разбросала, да и изменились оба… Но теперь все нормально – мы почти каждый день с Игорем созваниваемся и в Москве сейчас виделись очень часто.

— Вы сильно отличаетесь друг от друга по характеру?

— Разительно. Нас как по молодости делили – я был всегда серьезный, а он – шебутной, туда-сюда, все по фигу… Я его останавливал вечно: «Игорь, все, хватит», а он несся по жизни, не поймать… Бывало, звонят ночью: иди друга выручай – я еду, везу Шалю домой… Эх, какое время было!

— Ваша серьезность – откуда?

— Сложно сказать… Отец у меня такой же, как Шалимов, – тоже футболист, все время на турнирах, все время в движении… Ему и сейчас 55 лет не дашь — он когда ко мне в Испанию приезжает и играет с местными ветеранами, там все за головы хватаются: как этот человек может быть на голову сильнее 35-летних? А вот мама у меня другая – спокойная, рассудительная, все дома, никуда-ничего… Я в плане быта, наверное, в нее, а в плане спорта – в отца. У меня, кстати, даже пара футбольных движений отцовских есть – кто видит, тут же начинает про гены вспоминать…

ДАВАЙ, ДЯДЯ, ДАВАЙ…

— Вы с детства выделялись среди сверстников футбольным талантом?

— В большинстве команд — да. Был, правда, период – в школе ЦСКА я как-то немного потерялся. Но это так, фрагмент – у меня практически тут же подъем начался. В 15 лет — сборная Москвы, «Красная Пресня», дубль в «Спартаке», и раз – я основной игрок красно-белых. Голова не кружилась, хотя, конечно, бывало, накатывали мысли – как попал, откуда? Но чтоб какие-то «звездочки» – не думаю… Я в командный автобус в то время всегда с задней двери заходил – боялся ветеранам на глаза попасть. Забежал в заднюю, раз — к Шалимову сел, и едем всю дорогу тихо-тихо…

— Хулили Мостового спартаковские мэтры?

— Было, но в меру. У меня так получилось, что я практически сразу заиграл – и все увидели, что я действительно что-то могу. В отношении меня не было такого, чтоб обзывали как-то, обижали… Даже если и орали, то по делу, и я в «обратку» никогда не отвечал. Кто они и кто я! Буркну что-нибудь про себя и отойду в сторонку. Кто кричал? Хидя мог – «давай, б…», Витя Пасулько… Последний, тот вообще не умолкал на поле – все время «дай мне», «дай туда». Сто слов в минуту — сам порой не понимал, что хочет (смеется)…

— Обязательные мероприятия для молодых игроков существовали? Ну там мячи накачать-принести…

— А как же! Нам даже не надо было ничего говорить – как должное принимали. Чтоб «молодой» отказаться мог — «я не буду сетку тащить», – этого нельзя было себе представить! Сейчас-то совсем другое время, даже в Испании нравы поменялись. Несу, скажем, ворота вместе со всеми, а стоит какая-нибудь 20-летняя звезда, мяч чеканит. Я ему: «Иди помоги». А он в ответ: «Давай-давай, дядя», — и тебе же еще и напихает…

— Но на поле-то вы никому спуску не даете…

— Я самый опытный, капитан — мне положено по штату вести команду за собой. Подсказать, прикрикнуть… Обижаются? Кто-то да, кто-то нет. Для меня же в этом плане все равны – обидел, после игры подойду извинюсь. Некоторые так вообще сами просят, чтоб я на них в игре кричал! Бразилец Джованелла перед матчами всегда подходит: «Алекс, ты мне кричи все что угодно, если не подскажешь, я не сыграю». Так-то…

— Помимо капитанских обязанностей у вас ведь еще повышенное чувство справедливости присутствует. Если судья что не так сделал, молчать не будете…

— Вы правы – такой уж у меня характер. И в 16 лет таким был, и сейчас такой же… Я лучше прямо в глаза скажу, что о человеке думаю – тихушничать не по мне… И с судьями ругался, и с поля уходил…

— ?!

— В первый мой сезон в «Сельте» эта история произошла. Я тогда на нервах на таких был – ой-ой-ой… Не понимал, как можно десять игр подряд выигрывать после первого тайма 1:0, а в концовке все время 1:2 уступать… Такое ощущение складывалось, что Мостового (самого дорогого игрока команды!) все плавят. У меня это в голове не укладывалось, я сказал – извините, сами играйте… Развернулся и ушел с поля. Потом-то утряслось, но все про себя подумали: капризная звезда, ему и в Испании неймется. Никто не знал, что «Сельта» тогда и сейчас – это как небо и земля. Как Барнаул и Москва. У меня условия подготовки во дворе лучше были, чем в той «Сельте». Этого-то никто не хотел понимать…

УЖАС И АБСУРД

— Не самая приятная тема – чемпионат мира-2002, на который вы поехали, но так и не сыграли там ни одного матча…

— Травму ту, полученную в контрольном матче аккурат накануне отъезда сборной в Японию, на всю жизнь запомню. Из-за нее я не сыграл свой, теперь уже, видимо, последний, чемпионат мира, на который делал огромную ставку. И в форме хорошей тогда был, и сезон отыграл здорово, но не везет мне с крупными турнирами – хоть ты тресни! 92-й – травму получаю, и меня отцепляют в последний момент, 94-й – «письмо 14», и получается, что ездили в США, что не ездили, 96-й – «Европа», и опять что-то у сборной не складывается… Ужас.

— В 96-м, говорят, слишком уж много собраний сборная проводила, отвлекаясь от футбола на денежные вопросы…

— Было дело, но если порядка нет, как-то же надо проблемы решать? Мне, скажем, до сих пор не отдали деньги за ЧМ-2002! Да, я там не играл, но я был в составе команды, я получил травму, выступая за сборную, а мне до сих пор говорят, что не знают, где мои деньги. Абсурд.

— Высказывания в прессе, что, дескать, Мостовой в Японии балластом был, отдыхал и развлекался, обижали?

— А вы как думаете?! Я мучился и морально, и физически – врагу не пожелаю. Мне ногу обкололи так – я ее вообще не чувствовал. И до последнего верил, что смогу помочь команде, но это природа – разрыв, 15—20 дней хочешь не хочешь, а надо ждать. Если бы знал, что не придется на поле выйти, сам бы отказался от чемпионата мира. Сам бы не поехал…

— Ваше мнение: чего не хватило сборной, чтобы удачно выступить на ЧМ-2002?

— Огня в глазах и настоящего мужика на поле. Чтобы крикнул, затопал, заорал, задушил! На себя игру никто взять не смог. Увы…

НИЧЕГО В ЖИЗНИ НЕ ДОБИЛСЯ

— Какими видами спорта помимо футбола увлекается Александр Мостовой?

— В теннис очень люблю играть. Хоккей нравится – правда, в последнее время все никак не удается шайбу погонять.

— Кто ваш любимый хоккеист?

Всегда нравился Гретцки. А из наших – раньше Макаров, сейчас – Федоров. У Макарова стиль игры был такой же, как у меня. Шайбу не отнять!


— С кем хотели бы познакомиться из спортивных знаменитостей?

— С тем же Гретцки, с Джорданом. Легенды…

— Самый страшный эпизод в жизни?

— Это в детстве было. Связано с одной болезнью. Не хочу вспоминать, скажу только: было действительно страшно…

— Деньги для вас какую роль играют?

— Наиважнейшую. Я считаю, что деньги – это все. Две составляющие успешного существования человека – это финансы и здоровье.

— Вы снимались в рекламе, а в кино не хотели бы себя попробовать?

— Хотел бы. В какой-нибудь жизненной мелодраме. Правильной…

— Есть у Мостового команда-мечта, за которую хотелось бы сыграть?

— За «Барселону» времен Йохана Круиффа. Голубая мечта — Стоичков, Ромарио, Куман, Мостовой… Я бы, думаю, хорошо смотрелся с Лаудрупом в центре поля (улыбается).

— На данный момент вы в жизни добились всего, чего хотели?

— Честно? Ничего не добился. Если чего-то хочешь достигнуть как футболист, надо побеждать. А я… Хотел в 20 лет попасть в большой клуб — не попал. Были варианты с «Ювентусом» и «Байером» – не сложилось… Не титулованный я. Просто хороший игрок, которому не хватило футбольного счастья.



Александр МОСТОВОЙ

Родился 22 августа 1968 года. Воспитанник футбольной школы ЦСКА.
Вес 77 кг, рост 181 см.
Клуб: «Сельта», Виго.
Амплуа: полузащитник.
Карьера: «Спартак», Москва (1987–1991), «Бенфика», Португалия (1991–1993), «Канн», Франция (1993–1994), «Страсбур», Франция (1994–1996), «Сельта» (с 1996 года).
Достижения: победитель молодежного ЧЕ-1990, победитель чемпионата СССР (1987, 1989) и обладатель Кубка Португалии (1993).
Дебют в чемпионате Испании: 22 сентября 1996 года. Сельта – Бетис – 0:2. В составе национальной команды провел 59 матчей, забил 12 голов.
Дебют в национальной команде:28 октября 1992 года. СНГ – Люксембург – 2:0 (матч отборочного этапа ЧМ-1994).

ЛЮБИМАЯ СТРАНА
Россия, Испания

ГОРОД
Москва

ЖАНР ФИЛЬМА
Комедия

АКТЕР
Роберт де Ниро

МУЗЫКА
Веселая

БЛЮДО
Салат оливье, приготовленный мамой

МАШИНА
«Мерседес»