Вооруженное восстание князя Владимира

[Alrt]

Как во стольном граде да во Питере,
Как во Питере холодном да чахотошном
Непростое положение сложилося,
Не простое положение, а сложное.
Там верхи не могут правити по-старому,
Там низы, как прежде, жить не в состоянии,
Ну а те, кто промеж ними, посередушке,
Тот народец никогда никто не спрашивал.

А во Питере горят костры горючие,
Над кострами преют чайники кипучие,
А вкруг костров сидят солдатики пьянючие,
А й тут же сушатся портянки их вонючие.
А тех солдатиков да счетом ровно три полка,
А им противиться империи нет силушки!
А и царская опора - грозный женский полк,
Полк батальоном стал, да под солдат упал!

В тот-то час Владимир Лысо Солнышко,
Лысо Солнышко Владимир да Ульянов сын,
Подымался с табуретки деревянныя,
Одевал-то он парик из конска волоса
А поверху парика-то ладил кепочку,
Чтоб не видел ворог лоб его сократовский
Осьми пядей лоб, да богатырскиий.
Вострой бритвой брил бородку клиновидную,
Носовым платочком чистил ноздрюшки,
Да и щеку тем платочком опоясывал,
Пальцы клал он за жилетку богатырскую,
Молвил Фофановой слово горькое,
Слово горькое, беспардонное:

- Ты прости меня, девица красная,
(Красная в том смысле, что не белая)
Ты прости-тка тут меня, товарищ Фофанова,
Петроградского жена ты да рабочего,
Ты жена большевика, да пролетария!
Жил я у тебя на всем готовеньком,
Жил я у тебя да тридцать пять минут,
Тридцать пять минут да тридцать пять секунд
Спал я на перинушках пуховыих.
Теи мне перинушки пондравились,
Яствушка твоя пришлася впору мне, -
Хорошо мне было, красна девица,
У тебя скрываться от полиции.

Ну, а боле мне с тобою молвить некогда,
Ибо скоро подойдет товарищ Фофанов,
Да и дело подоспело архиважное -
Подымать-мать-мать с колен Россию-матушку!
Потому-то ухожу в поход недюжинный,
Ой недюжинный походец, к дому Смольному!
На прощанье спел ей песенку бетховинну,
Песню громкую, да апассионатную,
И пошел себе, родимый, воприпрыжечку.

Вот подходит Лысо Солнце к дому Смольному,
А народу там скопилась тьма кромешная,
Возле Смольного восставшие тусуются,
За исход всего восстания волнуются.

А и князь Владимир Лысо Солнышко
Он матросов локотком своим расталкивал,
Меж солдат он пробирался скользким ужиком,
На трибуну князь взлетал да ясным соколом,
С гладкой лысинки снимал он кепку черную,
Со щеки срывал фальшиву бороду
Вынимал из-за жилетки пальцы белыя,
Праву руку на версту вперед выбрасывал,
Говорил народу речушку словесную,
Речушку идейную, да речь картавую.

"Ой, друзья вы, - говорит, - мои подруженьки!
Дорогие, - говорит, - мои товарищи!
Двадцать лет мы говорим о революции,
Все талдычим о ее необходимости,
И гляди-тко, ёлы-палы, - ведь свершилася!"


P. S. Эту песнь да о делах да Лыса Солнышка
Я услышал от прапрапрапрапрадедушки.